Климко на очередном заседании научно-технического совета заканчивал свой доклад о перспективах южной части золотоносной полосы.

Открытие Южной партией было не то, чтобы крупным по объемам выявленных месторождений. Оно было уникальным по сущности вскрытой геологами структуры их локализации и морфологии рудных тел. Проведенные до этого работы предшественниками с именитыми фамилиями с различных НИИ, давали жалкие перспективы рудной золотоносности югу территории, которые опирались на мелкие и непротяженные жилы, хотя и с богатыми содержаниями в них золота.

Климко, по образованию техник-геолог, неожиданно для многих геологов высокого ранга и научных степеней, изучающих не один год геологию Южного Верхоянья, совершенно по-новому взглянул на структуру и морфологию золоторудных жил. Маломощные и непротяженные они у него превратились в рудные ленты, которые прослеживались редкими подземными выработками и буровыми скважинами на значительные расстояния. Естестественно, что мизерные перспективы на рудное золото из килограммов, которые прогнозировались до открытия Климко, превращались уже в тонны.

Свое выступление геолог акцентировал на необходимости резкого увеличения объемов поисковых и поисково-разведочных работ на рудное золото, не прекращая заниматься россыпями. Но сил Южной партии было явно недостаточно.

Геологи-съемщики неожиданно почувстовали, что на юге золотоносной полосы произошло то, что вкорне меняло представления об ее перспективах на рудное золото. Из россыпного района, который был известен с незапамятных времен, он мог перейти в весьма перспективный золоторудный район. И открытие геологов южной партии сулило большие объемы как поисковых, так и геологосъемочных работ с пересмотром ранее устоявшихся представлений полном вскрытии коренных источников золота в современном рельефе.

Недавнее же открытие Осеннего месторождения полиметаллов, обозначившее перспективы полиметаллической провинции, входившей в территорию деятельности Южной партии, резко увеличивали шансы на то, что экспедиция перекинет свои усилия с изучения северных территорий, где главным объектом было Северное месторождение, на южные площади, где уже открывались перспективы не только рудного золота, но и полиметаллов.

Это было то время, когда деятельность геологов экспедиции приносила ежегодные крупные открытия. Результатом этого было не столько случайность находок, сколько планомерное геологическое изучение территории, осмысленность геологических представлений о ее строении, а главное – набираемый опыт геологами, имеющими в своем арсенале не только технические средства, но и знания закономерностей формирования рудных месторождений.

Климко, с присущей ему категоричностью, неожиданно сделал вывод о том, что все золотые проявления юга золотоносной полосы связаны со стратифицированным характером минерализации, что позволяло ему дать крупный прогноз на прирост запасов золота именно в пластовых телах.

Зал оживился.

— То ничего, а то от моря до моря! - раздался голос.

— Прямо Клондайк опять какой-то!- вторил ему другой.

— Тише, товарищи! Продолжайте, Андрей Валерьевич!- Постучав карандашем о стол, сказал председательствующий начальник экспедиции.

— Я скажу более того,- ершился докладчик,- наше открытие позволяет говорить о том, что согласные жильные тела есть результат первично осадочной природы их образовани. Этому у нас есть доказательства…

Зал опять оживился. Но геолог, не обращая внимания на скептическое оживление в зале, остановился на признаках, которые, по его мнению, явствовали о первично осадочной природе рудных лент.

Обычно стратифицированные месторождения с наличием согласных с напластованием пород рудных тел указывали на значительные запасы металлов, сосредоточенных в них по сравнению с секущими рудными объектами. Соответственно менялась методика поисков и разведки месторождений. Поэтому акцент на критерий стратифицированности давал возможность геологам аргументировано обосновывать прирост запасов металлов и, тем самым, получать средства на детальные поиски и разведку месторождений из бюджета. Климко как раз и утверждал такой подход к поискам.

Закончив свой доклад, Андрей уверенно отвечал на острые вопросы присутствующих и продолжал защищать свою точку зрения на выявлнные закономерности формирования золоторудной минерализации. Мало того, он подлил масла в огонь, высказав мысль о наличии переходного типа месторождений к северу, где преимущественное развитие получили рудные тела секущего типа.

Прения начались бурно.

Валов, знаток закономерностей формирования золотых руд Северного месторождения, прекрасно владевший способностью держать во внимании аудиторию, начал с главного.

— Нетрдиционная точка зрения главного геолога партии на образование золотой минерализации позволяет относить группу южных проявлений к разряду перспективных объектов, требующих дальнейшего их изучения, а в скором будущем и их освоения. Однако увлеченность автора стратификацией оруденения приводит, на мой взгляд, к грубой генетической ошибке, относя проявления юга к разряду первичноосадочных руд. Это заблуждение не безобидно, так как акцентирует внимание на наличие продуктивного горизонта, на уровне которого возможно открытие других рудных тел и месторождеий. Отсюда прослеживание его по площади отвлечет огромные объемы бурения, подземных и поверхностных выработок, что может привести к дескредитации, в общем-то, правильной идеи стратифицированности золоторудной минерализации на юге золотоносной полосы. Важнейшими здесь, напротив, могут оказаться структурные критерии, связанные с отслоением полостей в осадочных породах в складчатый период формирования региона. Мы бы со своими методами взялись за решение такой задачи по выработке структурно-минералогических критериев формирования стратифицированной золоторудной минерализации.

Начальник геологического отдела Перов с энтузиазмом поддержал Климко о необходимости пересмотра методики поисков, оценки и разведки золоторудных тел в южной части золотоносной полосы. И хотя скептически отнесся к первично осадочной природе образования стратифицированной минерализации, тем не менее, указал на возможность картирования стратифицированного уровня концентрации рудных тел.

— Я думаю, надо просить руководство Управления срочно организовать две-три поисково-съемочной партии по доизучению юга золотоносной полосы. Нагрузить отряды современными геофизическими и геохимическими методами помимо традиционного шлихового опробования.

— Шлиховать разучились! – Крикнул с места Ипатыч, связывавший всегда результативность поисков золота со шлиховым опробованием. – Это прямой метод! Пока геофизика путного ничего ни на Северном, ни на других объектах не дала.

— Правильно! Объемами задавили, а качество похерели,- поддержал его с места Сан Саныч Сушко.

Но, словно не замечая выкрики с места, Перов продолжал.

…а в качестве главного критерия обратить внимание на возможность выделения стратоуровня, на уровне которого могут быть обнаружены другие месторождения. И последнее…

Начальник отдела теперь сделал паузу и решительно заключил:

— Нетрадиционное мышление геологов Южной партии позволяет констатировать, что нам нужно более внимательно относиться к договорным работам НИИ и их специалистам, проводящим исследования на нашей территории. Их проспекторские работы пока нам ничего нового не дали, особенно на Северном месторождении.

Валов из зала крикнул:

— Правильно! Хватит кормить варягов!

Этот вердикт начальника геолотдела явно расходился с точкой зрения главного геолога, который полагал, что сотрудничество с профильными НИИ даст экспедиции ощутимый импульс в оценке перспектив территории не талько на золото. Он дал добро на заключение ряда договоров на изучение полиметаллов, вольфрама и меди. Об этом все знали и ждали, как на это отреагирует Немцев.

Специалист по геологической съемке Уткин, взахлеб поддержал идею Климко.

— Первично осадочная природа золота, предложенная Андреем Валерьевичем гениальна,- декларировал он. - Я предлагаю Сурову, специализировавшемуся на метаморфогенном перераспределении золота из вмещающих толщ, провести свои тематические работы, пока эту идею не перехватили НИИ и не превратили ее в очередную кормушку по защите диссертаций за наши деньги.

Тем самым, вольно или нет, главный специалист по геологической съемке поддерживал своего начальника Перова. А это уже было похоже на открытый бунт против засилия хоздоговорных тематик по изучению рудных объектов и площадей.

Главный геолог, словно не обращал внимания на эти высказывания и спокойно делал какие-то пометки в общую тетрадь. Она всегда его сопровождала на любых заседаниях, лежала перед ним на столе в кабинете.

Как-то однажды Глухов подошел к нему с просьбой дать разрешение на публикацию очередной статьи в научный журнал. Главный аккуратно записал что-то в тетрадь, подписал, не читая статьи, сопровождающие ее документы и «акт экспертизы», буркнув: «Вот теперь и на вас, Глухов, заведу папку соискателя идей. Папка Валова, Волкодава, а вот теперь и ваша будет. Идитие!».

Главный геолог и сам был не сторонником привлечения научных институтов к решению практических задач геологии. Сам практик «до мозга костей» он скептически относился к многочисленным разработками НИИ, обивавшими пороги экспедиции, и превращавшими договора в один из немногих источников доходов скудно оплачиваемых государством научных работников. Но поскольку деньги выделяли «сверху», главный геолог ничтоже сумняшеся поощрял договорные работы, боясь прослыть консерватором научных идей. На своих же геологов смотрел только как на исполнителей, не более, не способных решать крупные научные проблемы.

Но в своем выступлении Немцев начал издалека.

— Долгое время экседиция была ориентирована на открытие секущих золоторудных тел. Идея стратиформизма у нас хотя и не отрицалась, но не давала практического выхода на открытие стоящих объектов. Сегодня мы можем констатировать значительные подвижки в этом направлении, а результаты деятельности Южной партии признать как крупное практическое и научное открытие в закономерностях размещения золоторудных месторождений Аллах-Юньской золотоносной полосы.

Теперь о договорных работах. Действительно, я соглашусь здесь с высказывавшими точку зрения специалистами о низкой эффективности сторонних договорных работ в экспедиции. Может быть, действительно стоит обратиться к вышестоящему руководству, чтобы за счет договорных работ лучше оснастить наши партии и отряды лабораторным оборудованием, чтобы наши специалисты могли решать крупные проблемы по выявлению закономерностей размещения полезных ископаемых. Может быть. Но я бы не хотел превращать экспедицию в новый НИИ. У нас другие задачи – искать!

— Одним шлиховым опробованием не улучшить качества поисков. Сегодня нужны другие подходы, методы и средства. Одним молотком и лотком не наработаем! Нужно еще и мозгами соображать, внедрять в производство новое обородование, новые технологии,- выкрикнул, воспользовавшись паузой главного геолога, главный геофизик.

— Вы уже, коллега, 15 лет своей геофизической партией внедряете уйму методов, а толку от них пока нет,- парировал Немцев и заключил.

— Мы полны решимости ходатайствовать перед вышестоящим руководством о перенесении центра тяжести поисковых и геологосъемочных работ на юг, поскольку именно там появились предпосыли к открытию новых рудных объектов, а с учетом открытия полиметаллов, юго-восточный район Якутии выдвигается в один из перспективных районов освоения ее территорий.

Начальник экспедиции, заключая заседания научно-технического совета, неожиданно заявил.

— За последние годы нашими специалистами открыто несколько крупных рудных объектов, на которых может быть реализован ряд республиканских проектов по освоению месторождений. Поэтому мы с геологической службой экспедиции приняли решении о внедрении в геологическую съемку новые подходы по доизучению площадей с использованием новых транспортных схем, включая ветролеты, высокопроходимую автомобильную технику. Закупили три вездехода для сезонных партий. Рассматривается вопрос о внедрении нового оборудования в строящуюся химлабраторию. Есть надежды в недалеком будущем приобрести современную вычислительную технику для обработки химико-аналитической и геофизической информации.

Что же касается НИИ, то мы по-прежнему будем заключать с ними договора по внедрению современных подходов к изучению рдных месторождений. Но усиление контроля качества проводимых работ НИИ с нашей стороны необходимо. Поэтому обязываю всех членов НТС участвовать в приемке материалов договорных отчетов. Это будет полезно обеим заинтересованным сторонам.

Завтра я уезжаю на юг. От начальника Южной партии получил радиограмму о том, что в пробитой штольне на участке, где выдал прогноз Климко, вскрыта жила с видимой золотой минерализацией.

* * *

Климко возвращался к себе домой в машине начальника экспедиции. Прочитав радиограмму начальника партии, Андрей усомнился в том, что это тот горизонт, на который он рассчитывал. Тот должен был вскрыт на 50 метров дальше. А в рапорте жила появилась раньше. «Что-то не то…, не ошиблись ли технари?»,- размышлял геолог.

— О чем задумался, Андрей Валерьевич? Может, придется уже рапорт писать и звезду начальнику партии давать, а?

— На хер, ему звезду. Мне кажется, не дошли там до жилы еще. А то, что вскрыли – там не должно быть золота, Георгий Иванович.

Водитель засмеялся и, порывшись в «бардачке» протянул заместителю начальника экспедиции, сидевшему на заднем сиденье рядом с Климко, пачку папирос «Звезда». – Вот этой «звездой» и наградить, чтобы мало не показалось.

Засмеялись.

— А какая разница? Та, не та! Жила есть – и хорошо! - Прекратив смех, сказал Лысов.

— Нет, Георгий Иванович! Боюсь, что это не та жила, во-первых, во-вторых, вряд ли в ней золото будет. Это секущую вскрыли жилу, не пластовую.

— А что они не научились без тебя золото отличать?- возмутился Лысов.

— Не знаю. Разберемся…,- замкнулся Андрей.

Подъехав к конторе, начальник экспедиции велел техруку партии везти в штольню и показывать вскрытую жилу. Около штольни начальник партии распекал водителя грузовика, доставившего не то горное оборудование. Заметив УАЗик начальника экспедиции, начальник партии Герасимов подбежал и с пафосом начал:

— Докладываю, Георгий Иванович! Нашли месторождение золота!

— Пошли, покажете!

— Когда начальник экспедиции увидел в забое жилу и посмотрел в сторону Климко, а тот отрицательно покачав головой, и бросив ему:

— Не то, Георгий Иванович!

Начальник экспедиции повернулся к стоявшему рядом заму, и приказал:

— Звезду ему на хер!

Зам протянул ему пачку папирос «Звезда».

— Поздравляю!- пожал руку начальнику партии Лысов.

Тот раскрыл рот.

— Между прочим, что нужно говорить в таких случаях, когда начальство награждает?- спросил Лысов потерявшего дар речи начальника партии.

— Служу Советскому Союзу!- наконец, что-то сообразив, ответил начальник партии и продолжать хлопал глазами.

Все засмеялись. Климко подошел к жиле, взял несколько образцов и пошел прочь.